про школьную реформу

Хотел было подписаться против нынешней школьной реформы, да раздумал. Потому что, по зрелому размышлению, ничего ужасного не происходит – подгонка системы образования под дух времени всегда сопровождалась криками «Караул, губят!». Все образовательные реформы, что проводили за минувшие 200 лет и у нас, и за рубежом, современники непременно воспринимали как глупость или измену…Вот передо мной «Русский вестник» за 1879 год (том 141), статья «Наша учебная реформа». Это, говоря современным языком, дайджест из передовых статей «Московских ведомостей», относящихся «к разным фазам нашей учебной реформы начиная с 1864 по 1871 год».Тут все прям как сейчас.Вот о пагубности реформы образования во Франции, с цитатой из речи французского министра просвещения, критикующего систему, которая «поставляла юношей еще колеблющихся и малосведущих делать безвозвратный выбор между науками внешнего и науками внутреннего мира и которая осуждала слишком молодые умы на бесплодные в этом возрасте занятия естественными науками». За полторы сотни лет отношение к естественным наукам несколько переменилось, но идея, требующая от незрелых юношей (и девушек) делать «безвозвратный выбор» по-прежнему вызывает неприятие.Конечно, это настоящий гимн классической системе образования, столь хорошо исполненный, что хочется немедленно ввести в школе преподавание древних языков в максимальном объеме. И математики – потому как именно такое сочетание предметов ум в порядок приводит. Но, как известно, классическая система все же несколько отступила под натиском вредных для юношества естественных наук и отечественной словесности. В таком – ущербном, по мнению ревнителей классического образования, – виде она и встретила 20 век, укоренившись столь прочно, что проросла даже после революции – и хваленая советская система образования, по существу, являет собой ошметки гимназической.Которая, увы, не была хороша – критикой ее в последние сорок лет императорской России не занимался только ленивый. В том же томе «Русского вестника» – примечательная статья «Тревожный вопрос русской педагогики». Как думаете, какой? Разумеется, преподавание русского языка и словесности. «Пользы от 20-летних толков о преподавании языка и словесности не вышло никакой; пишут, говорят, но никак не столкуются. Не столкуются умные, образованные люди; почему? Потому, очевидно, что не понимают друг друга, не знают сами, чего хотят!»Что же – вполне применимо к нынешним дебатам. Участники их не знают, чего они хотят от школы, они – совершенно в духе автора статьи 1879 года – точно знают, что раньше было лучше – и результаты были лучше, и преподаватели компетентнее. И вообще, прежде «печатное слово, авторство вообще, пользовались величайшим уважением и считались предметами достойными изучения, а самое изучение – необходимым условием истинного образования»…Беда в том, что это «раньше» – у всех свое, у всех свой образ идеальной школы и свое понимание ее задач.Ну и все российские реформы проходят по одному сценарию: как подмечает автор из 1879 года, все они отличаются «крайностями» и проводятся «с мыслию не улучшить или оживить старое, а разрушить его без остатка, создать на месте этого старого, на его мусоре и щебне, совсем новое здание».Я не подписал не потому, что нынешняя реформа хороша и полезна – она плоха и, скорее всего, вредна, – а потому, что все школьные реформы вредны, они могут лишь в той или иной степени отвечать потребностям сегодняшнего дня. Всякий раз от школы хотят, чтобы она давала подготовку, необходимую для уверенного существования в сегодняшем мире, для решения сегодняшних задач. А жить-то школьникам – завтра и послезавтра, и для завтрашних задач все нынешние нововведения могут оказаться бессмысленными.

наш общественный договор

Всякий, кто берется рассуждать об отношениях народа и власти в России, должен бы перечитать статью «Корчемство» у Брокгауза и Ефрона.Вот в тихом-неприметном 1843 году такие дела творились в Курской, Орловской и Смоленской губерниях: «Корчемники, собираясь толпами до 100 человек, нападали не только на корчемную стражу, но и на посылаемые против них воинские команды, причем они иногда отбивали у солдат ружья и боевые патроны, нанося попадавшимся в их руки служителям, солдатам и даже чиновникам жестокие побои…».Причем корчемная стража «для получения награды за поимку корчемников старается обвинить в корчемстве невинных, подбрасывая корчемное вино к дому зажиточного поселянина…»В 1845 г. в Новгород-Северском уезде «ехавшие на 30 подводах корчемники, около 80 человек, вооруженные ружьями, косами и дубинами, встретясь с несколькими служителями Севского питейного откупа, бросились на них и жестоко избили…» Год спустя, в марте 1846 г.: «Корчемники, встретив в 10 верстах от г.Севска коронного заседателя тамошнего земского суда с инвалидной командойи корчемной стражей в числе до 200 человек и везомый ими транспорт с корчемным вином более нежели на 60 подводах, сначала сделали несколько выстрелов, а потом бросились на кордонную стражу и воинскую команду, разогнали их и жестоко избили…»И т.д.Прямо Дикий Запад какой-то – вот ведь боевиков наснимать-то можно… И среди этакого бедлама Чичиков рассекал…А еще были контрабандисты, конокрады… Просто разбойники, наконец – как некий Алим Азамат-Оглы, промышлявший в Таврической губернии..